Он свисает там в глубине ризы,
набожный язычок приходского колокола,
двигается вместе с Папой, как призрачный карп
в серебристом нимбе морской капусты,
покачиваясь меж волос в теплом омуте темноты,
а ночью, пока глаза спят, восстает
восславить Бога.